forex trading logo

Похожие новости

Главная История Экранное существование Макдоуэлла
Экранное существование Макдоуэлла
21.06.2015 15:46

a-s-90Алекс и его дружки, надравшись в баре «Корова» молока с наркотиками, разгоняют ежевечернюю скуку различными актами насилия.

На «деле», которое обернулось убийством. Алекс попадается.

Чтобы вырваться из тюрьмы, он соглашается на криминальную обработку, на психологически медицинский эксперимент. Теперь любая агрессия в любом виде вызывает у Алекса аллергическую подавленность, состояние несносной дурноты и беспомощности.

Во второй части картины изображаются злоключения «исправленного» Алекса. Став жертвой своих жертв, объектом еще более жестокого насилия, он пытается покончить с собой, выскочив из окна. Но Алекс не разбился; выздоровев, превратился в прежнего «мальчика», каким мы его видели в начале фильма, с той лишь разницей, что теперь он готов быть полезным властям.

В этот сюжет Кубрик вложил не совсем тот смысл, который, казалось бы, из него логически вытекал. Подобно Андерсону, он столкнул насилие общественное, организованное, с насилием спонтанным, индивидуальным, — но не для того, чтобы показать второе как результат первого. Кубрик не останавливается и на осуждении любого насилия, выдвигая на передний план другую проблему — делему нравственного выбора. «Естественного человека», лишенного главных отличительных качеств «homo sapiens» — доброты и совести.

Сложность актерской задачи усугублялась тем, что эпизоды до и после тюрьмы режиссер стилистически решил в совершенно несходной манере. Серия «хороших ультранасилий» Алекса изображена как жутковатая, но элегантно-условная фантасмагория, тюрьма и месть его былых жертв — как почти документально воспроизведенная жестокая действительность. Стилистика отразила концепцию и потребовала от актера своеобразного «двойничества».

Малькольм Макдоуэлл в «Заводном апельсине» раздваивается виртуозно. На экране словно два исполнителя одной роли, демонстрирующих разную актерскую технику, разные способы существования в кадре. Макдоуэлл «первый» не перевоплощается в своего героя, а рассказывает о нем и его изображает.

Фантастические декорации, танец темных силуэтов, резкие светотени, эффекты ускоренной и замедленной съемки, изощренный монтаж, череда изобразительных символов, намеков, аллюзий — в такую визуальную ткань вплетаются актерские усилия Макдоуэлла. Здесь его стиль созвучен эстетике плаката, коллажа, рекламы: острый, броский, лапидарный, не боящийся контрастов.