forex trading logo

Похожие новости

Главная История Кинофильм Далекий друг
Кинофильм Далекий друг
02.09.2015 20:59

a-s-208Фильм "Далекий друг", однако, был объявлен врагом Советского Союза, "Иудой", "подголоском", имя его было проклято, а копии его фильмов уничтожены.

Монтан, эта видная фигура в общественной жизни (ему предлагали баллотироваться в президенты Франции), один из немногих в 1956 году не отвернулся от СССР. Он ужинал с Хрущевым, беседовал с Микояном, Булганиным и другими "деятелями", выражая свое негативное отношение к существовавшему политическому курсу. "На мое поколение очень повлиял 1917 год. Глупые и наивные, мы пытались воплотить в жизнь идеалы. Но танки, прогнавшие немцев от Сталинграда, а потом оказавшиеся на улицах Праги, я не смог совместить с марксизмом" - писал он в своей книге "Солнцем полна голова". И вместе с Симоной Синьоре снялся в фильме "Признание", рассказывающем о процессах, сфабрикованных сталинским режимом против министра иностранных дел Рудольфа Сланского и других "сионистах". Это было не "признание" - это был приговор...

У детей тосканского рабочего Ливи, сбежавшего от надвигающегося фашизма во Францию, не было ни плюшевых зверьков, ни жестяных машинок. Зато у них было море воображения, которое превращало старый обруч в рулевое колесо замечательного автомобиля, а дощечку - в чудесный кораблик, уплывающий в далекую счастливую страну - СССР. Любовь к нему Иво Ливи сберег до тех пор, пока сам хорошо не познакомился с выдуманной его детским воображением страной. Тех, кого интересует Русское лото плюс НТВ, рекомендуем веб-ресурс mibius.com.ua.

Одно из самых ярких воспоминаний детства - куриное яйцо. Его оставляли родители - для Иво, его сестры Лидии и брата Жульена. Оно лежало на буфете, белое, идеальное в своем совершенстве, и Иво прерывал игру, чтобы сбегать и посмотреть: не сбросила ли его на пол кошка, не украл ли вор - и вообще, мало ли сюрпризов готовит человеку Бог? Иногда родители оставляли им хлеб или сыр, и разделить их было легче, чем яйцо. Иво спал с братом на одной кровати, донашивал его вещи, но в семье царила атмосфера взаимной любви и нежности. Мама звала его домой по-итальянски: "Ivo, monla!" (Иво, поднимайся), а лучшими были часы, когда вся семья собиралась под абажуром.

Чтобы поддержать семью, в 11 лет он поступил рабочим на макаронную фабрику. Он стал пить и курить, считая себя солидным взрослым человеком. Но он очень остро воспринимал всякую несправедливость, и неудивительно, что через некоторое время ему пришлось уйти.

Иво (точнее - Ив, как окрестили его французы) был невысокого мнения о своей внешности. Он писал: "Уверенность в своем крайнем безобразии жила во мне с детства. Меня прозвали Губастым из-за моего большого рта, в который влезало по пол- апельсина сразу, а девчонки сочинили дразнилку: "У него большой нос, ээ-э, и ослиные уши, ээ-э". В то время он еще не знал, что некрасивые люди бывают чертовски обаятельны и привлекательны, а красивые - безумно скучными; что количество души переходит в качество лица, на которое хочется смотреть, не отрываясь, потому что оно становится прекрасным.

Чтобы сэкономить деньги на любимое кино, он отправлялся на работу пешком вдоль трамвайного маршрута. На ходу он танцевал и выделывал всевозможные пируэты, воображая себя Фредом Астером. Когда же его посещали грустные мысли, и он понимал, что не быть ему киноактером и никогда не выбраться из нищеты, он принимался насвистывать или напевать вполголоса, чтобы не унывать и не делать самого себя несчастным.

Его дебют как исполнителя шансонов состоялся в маленьком зале, где выступали артисты самодеятельности, собранные со всего Марселя менеджером по прозвищу Леденец: он тоже был "самодеятелем" и зарабатывал на жизнь тем, что варил леденцы. Ив, выступивший под псевдонимом Montan, пел и танцевал, выкладываясь до конца, и публика была от него в восторге.

Ив Монтан стал профессиональным артистом, и вскоре о нем заговорили в Париже. Его концерт посетила сама Эдит Пиаф - и вот уже они вместе выступают в Мулен-Руж! Говорят, был даже небольшой роман, но настоящая любовь посетила его в 1949 году. Но Симона Синьоре была женой и матерью - это и был тот "божественный дар", которых так боялся Монтан.

Все-таки возлюбленная ушла к нему, и они прожили 11 счастливых лет. Но на съемках "Давайте займемся любовью" Монтан познакомился с Мерилин Монро. Роман с иконой продолжался до окончания съемок, но Симона Синьоре уже привыкла искать утешения в вине. И только после ее смерти, когда Монтану было уже 65 и был он женат на 26-летней Каролине Амьен, он сказал: "Я не хочу быть бестактным по отношению к Кароль, но я постоянно думаю о Симоне... В моей жизни не состоялась только одна вещь: я хотел умереть раньше ее".

Скорая забрала его прямо со съемочной площадки. Последними его словами была строка из песни Эдит Пиаф: "Я ни о чем жалею".

Первоисточник публикуемых материалов веб-портал the-smurfs.ru, надежный и интересный интернет ресурс про кино и мультфильмы.

Интересные статьи по материалам сайта: Что нужно знать о банковских счетах, Элитный коттедж на престижном направлении – не мечта, а реальность.