forex trading logo

Похожие новости

Главная История Кинопортрет Кветы Фиаловой
Кинопортрет Кветы Фиаловой
22.06.2015 16:42

a-s-131Возникла целая галерея кинопортретов, а по сути дела, разные ракурсы одного и того же лица: неверные жены, расчетливые любовницы, бессовестные совратительницы и безжалостные обманщицы.

Женщины, которых приходится играть Фиаловой, всегда порочны и жестоки. Различающие их тонкости настолько незначительны, что достаточно познакомиться с одной, чтобы отчетливо представить себе всех остальных — тех, что уже были, и тех, что только еще будут.

Вот, например, одна из этого ряда — пани Троянова, персонаж фильма Й. Маха «Пропавшие банкноты» (1970). Эта дама появляется на экране где-то ближе к концу ленты, чтобы продемонстрировать нам откровенную и жадную тягу к богатству. Ее жажда денег и красивой жизни не только аморальна, но и преступна. Ничего удивительного, что именно пани Троянова была, как мы узнаем, вдохновительницей, своего рода «музой» показанных в фильме преступных деяний — грабежа и убийств.

Присутствие Фиаловой в фильме Й. Маха (и не только в нем!) чисто функционально, однозначно. Страсть к богатству и власти является в системе режиссерского замысла необходимым и достаточным условием развития интриги. Вникать же в механизм страстей, в их истоки и внутреннюю диалектику режиссеру не нужно, да и не хочется. Страсти необходимы ему как удобное оправдание криминального сюжета. Не более. Поэтому загадка, которую несет в себе Квета Фиалова, становится разгадкой детективной тайны.

Нечто сходное произошло и в другом, более раннем детективе — в фильме А. Кахлика «Смерть за занавесом» (1967). Правда, там Фиаловой отведено место не в конце, а в начале картины. Ее «нездешняя» красота, горькая улыбка и тревога в глазах понадобились постановщику в качестве завязки, «закваски» для последующей лавины событий. Торнадо может показаться всего лишь послушной игрушкой собственных прихотей и необузданных страстей. На деле же сами страсти здесь игрушечные, ненастоящие. И правда, не слишком ли легко даются ей головокружительные переходы от холодного к горячему, от патетического к интимному? Не подозрительна ли быстрота происходящих с ней перемен, их чеканная выраженность в смене почти скульптурных поз?

Хотя бы секунду, какое-то мгновение на остановку, раздумье, переживание ситуации! Но нет, актриса не дает ей даже этого мгновения, безжалостно заставляя пускаться, что называется, с места в карьер, чтоб потом вдруг снова резко и эффектно затормозить.