forex trading logo

Похожие новости

Главная История Корни и современность
Корни и современность
12.01.2015 21:14

a-smurfs-108В фильме режиссёра Фрунзе Довлатяна «Рождение» показано то, с чего приходилось, по существу, начинать Советской власти в Армении. Нужно было залечить кровоточащие раны, вдохнуть жизнь в отчаявшихся людей, заботиться о хлебе насущном, устройстве беженцев и т.д.

Но в фильме показано и то, что даже в самую тягостную годину не пропадала в народе жажда прекрасного, духовного. И первый председатель Совнаркома Армении Александр Мясникян не в последнюю очередь озабочен судьбами культуры, искусства. И если развить сюжет фильма «Рождение», нельзя не прийти к мысли о самом кинематографе, создание которого тоже представлялось как насущная потребность и необходимость.

Итак, правомерность, органичность, состоятельность кинематографа в Армении требовали ещё доказательств. Найти их должно было само искусство кино. И то, что оно уже с первых шагов твёрдо опиралось на традиции собственной культуры, опыт реалистической литературы, театра, — факт очевидный. Но что сумел привнести сам кинематограф, чем обогатил он национальную культуру? Тех, кого интересуют новинки кино 2015 года, новые фильмы 2015, рекомендуем веб-ресурс kinopoisk-ru.net.

Отношение к прошлому — тот фокус, в котором вот уже несколько десятков лет аккумулируется художественная энергия армянского кино. Однако об особой предрасположенности армянских кинематографистов к собственно исторической теме не приходится говорить. Более того, армянское кино заслуживает упрёка за то, что многовековая история армянского народа почти не получила отражения на экране. Свыше 250 художественных и телевизионных фильмов снято в Армении, но только четыре раза пыталось армянское кино перешагнуть ту грань, когда вчерашний день оказывается пережитым, прочитанной страницей истории. Однако эти четыре фильма — «Давид Бек» (1944), «Северная радуга» (1960), «Цвет граната» (1969) и «Звезда надежды» (1979) — не заглядывают дальше XVIII века.

Языческий период армянской истории, расцвет и падение древнего армянского государства, «золотой» V век, ратный подвиг полководца Вардана Мамиконяна, слово историка Хоренаци, скорбь великого поэта средневековья Нарекаци, выдающегося художника XIII века Тороса Рослина, наконец, неисчерпаемый источник духовной энергии, заключённый в эпосе «Давид Сасунский», — всё это пока остаётся для кино тайной за семью печатями.

Есть прошлое, которое не стало ещё историей, потому что ещё не целиком преодолено в настоящем. Эта «пограничная сфера», стык времён, пожалуй, излюбленный армянскими кинематографистами материал жизни.

Критический пафос отрицания косности старого быта стал определяющим для фильмов 20 — 30-х годов. Опираясь на добротную основу повести классика армянской литературы Александра Ширванзаде, А. Бек-Назаров в фильме «Намус» (1926) преодолел штамп привычной мелодрамы. Ведь фильм не о том, как злой отец посягает на счастье молодых, а о том, что все, и отец тоже, оказались жертвами обычая, или адата, пресловутого, косного понимания чести-намуса, старого быта.

Армянскому кино вообще, а для 20 — 30-х годов в частности, совершенно чуждо смакование каких-то особенностей национальной жизни, нет даже дани какой-либо экзотике. Не случайно к лучшим фильмам А. Бек-Назарова, А. Мартиросяна и П. Бархударяна приложилась тематическая характеристика «Восток без прикрас». И само прошлое всегда возникает на экране как нечто, с чем необходимо расстаться без сожаления.