forex trading logo

Похожие новости

Главная История Привлекательность модели
Привлекательность модели
21.03.2015 11:16

a-smurfs-420Часть привлекательности модели, в особенности за границей (в Италии Твигги и Шримптон ласково прозвали Grissibo «Хлебная палочка» и Gamberetto «Креветка»), исходила из популярности «свингующего Лондона».

В британской столице сошлось много течений, по словам Куант, «в воздухе что-то нарастало и в результате вылилось в серьезную попытку противостоять традиционной элите». Статус чужака, маргинала, которым обладали, среди прочих, Бейли, Твигги и сама Куант, катализировал переворот, совершившийся в принятых социокультурных представлениях и сподвигший художников, фотографов, архитекторов, музыкантов, писателей, светских львов, актеров, гонщиков, спортсменов, телевизионных продюсеров и рекламщиков переместиться поближе к центру национальной культуры.

У нее был грубый шарм, но не было сексуальной привлекательности. Юные «пташки» в любом случае не воспринимались ни как жертвы, ни как хищницы. Их сексуальность была провокационной в том смысле, что подразумевала целеустремленность. Однако существовало три способа, с помощью которых Твигги заставила современников ей завидовать. Во-первых, она была приземленной и доступной, она, казалось, играет роль успешной модели таким образом, что в ответ хочется сказать «я тоже». Во-вторых, она обладала фотогеничной внешностью. Сам Хорби прекрасно это понимал и работал над тем, чтобы усилить ее привлекательность.

Творчество и оригинальность стали движущей силой целого ряда отраслей культуры. Сообщество, образовавшееся в Челси вокруг Куант и делавшее упор на молодость, а также кафе-бары и итальянские рестораны придавали новому Лондону ощущение «альтернативности»; однако пресса, мода, поп-музыка, спорт и издательское дело были мощными индустриями, которые быстро определили облик страны. Все они исходили из одного демократичного принципа: любой человек, обладающий талантом или красотой, может неожиданно стать знаменитым.

Похожие закономерности обнаруживались во всем западном мире, однако не везде события развивались так же стремительно. В Париже на левом берегу (Рив-Гош) десятками открывались бутики, и даже кутюрье начинали участвовать в этом демократическом порыве. В особенности Ив Сен-Лоран — он способствовал тому, чтобы одежда от-кутюр перестала быть исключительной, а прет-а-порте, или «готовое платье» от модельеров, приобрело больший вес. Он открыл магазин на левом берегу в 1966 году, за ним последовали филиалы в Лондоне и Нью-Йорке. Там изысканно одетым покупателям продавали повседневные наряды, по обычным меркам цены не были низкими, однако готовая одежда все же стоила дешевле, чем наряды от-кутюр. Рив-Гош стал местом, где обитали художники, интеллектуалы, джазовые и поп-музыканты, а также представители прессы.